?

Log in

No account? Create an account
 
 
18 July 2014 @ 11:34 pm
Футболбезжен - Часть II  
Title: Футболбезжен - Часть II
Author: я
Rating: NC-17
Pairing: seriker, Sergio Ramos x Iker Casillas, Iker Casillas x Sara Carbonero, Sergio Ramos x Pilar Rubio
Disclaimer: Мне лично никто не принадлежит. Огромное спасибо участнику некоего форума tiowenno за идею этого текста! Вообще участникам некоего форума спасибо: сами того не зная, они меня поддерживали и вдохновляли.
Summary: Как наверняка уже догадались самые проницательные из вас, в гостях у Икера для Серхио, собственно, и началось самое интересное.


***

Когда они проходили мимо магазина, Серхио попытался метнуться туда, чтобы купить себе вторую бутылку пива, но тут уже Икер проявил твердость: по его мнению, одной вполне хватало, чтобы разогнать туман в голове, а вторая, раз уж младшему так хотелось, вполне могла подождать до вечера или до того момента, когда он будет возвращаться от него домой. Но вообще он считал, что пора уже перестать расслабляться и начать думать о следующем матче, тренировки к которому должны были возобновиться завтра утром. Пристыженный и приструненный (по крайней мере, так хотелось думать Икеру) его словами, защитник покорно согласился, и они успешно миновали источник соблазна и скоро уже были на проходной в ту зону района, где находился дом Икера и Сары.

На посту в это утро дежурил мужчина, у которого, несмотря на молодцеватый вид и отсутствие седины, недавно родился внук, из-за чего он частенько заговаривал с местными молодыми родителями, когда во время его смены те со своими колясками проходили мимо. Разумеется, в этот круг входил и Икер со своей подругой, которая по роду деятельности вообще легко шла на контакт практически с кем угодно.
Теперь же, увидев Мартина на руках у Серхио, который за время работы здесь ему тоже успел примелькаться, охранник вежливо поздравил того со скорым прибавлением и задал неизбежный вопрос, на который тот отвечал уже миллион раз: кого он хочет - мальчика или девочку.
- Серхио хочет девочку, - со смехом ответил за него Икер, наклоняясь младшему через плечо и гладя по головке своего сына, лежащего у того на руках. - Невесту для нашего Мартина.
- А что показывает УЗИ? - Спросил их собеседник, с умилением наблюдая разыгрывающуюся перед собой сцену.
- Пилар не хочет знать заранее, - переводя взгляд с ребенка, с личиком которого играли пальцы Икера, на охранника, ответил защитник. - Ей хочется, чтобы это был мальчик, но она не хочет, чтобы кто-то из нас расстраивался. Говорит, что кто бы ни родился, это будет наш ребенок, и мы все равно будем очень любить его, кто бы это ни был.
- Так и будет, - посмотрел на него Икер, отрываясь от своего малыша, и, почувствовав на себе его взгляд, Серхио тоже повернулся к нему:
- Ну да, - широко улыбнулся он. - Родить первым наследника - это тоже хорошо. А невесту вам тогда родим следующей.
- Ладно, родитель нашей будущей невесты, пойдем, - засмеялся его словам старший, после чего они распрощались с охранником и проследовали своей дорогой дальше.
Что-то было в том, как они улыбались друг другу, в той близости, в которой стояли, в их движениях и тех прикосновениях, которыми они обменивались, что, проводив их взглядом, тот потом еще долго возвращался мыслями к этой паре с коляской.

- В доме ведь никого нет? – Спросил у него младший, когда они уже прошли на участок, и Икер отпирал для них входную дверь.
Вместо ответа тот покачал головой. И, посмотрев ему в глаза, добавил:
- Мы будем одни.
В этом взгляде Серхио прочел все то, что осталось недосказанным на словах, и его грудь наполнилась чувством искрящейся, под стать сопровождавшему их сегодня солнцу, радости. Охваченным этим чувством, он потянулся к старшему и обнял его одной рукой, второй продолжая прижимать к себе крошку-Мартина. Икер не стал противиться этому порыву, с готовностью принимая его поцелуй и обнимая младшего в ответ. Его руки скользнули тому на спину, такую широкую, мощную и надежную, что он уже в который раз почувствовал себя непривычно маленьким в объятиях защитника. Теперь же это чувство лишь усилилось из-за того, что между ними оказался его малыш, одновременно объединяя их и не давая прижаться друг к другу всем телом.
- Я хочу тебя, - выдохнул ему в губы Серхио, когда наконец смог от них оторваться.
И открывая глаза, которые он сам не заметил, как закрыл, Икер ответил ему таким же наполовину выдохом, наполовину шепотом:
- Я тебя тоже, малыш, - и тут же отступил, выскальзывая из его объятия и возвращая себе привычный деловитый тон. – Только сначала все мое внимание достанется Мартину, потому что нам нужно поменять ему подгузник и посидеть с ним, пока он не захочет есть, а потом спать.
Это множественное число накрыло его партнера так сильно, что старшему даже пришлось окликнуть его, замершего на пороге, после того как сам он завез в дом коляску. Серхио не обращал на это внимания, но ведь Пилар тоже говорила так: «мы», «наши», «нам». Подразумевая под этим не только их двоих, как это бывало и раньше, когда ей приходилось отвечать на какие-то вопросы за них обоих, а уже их троих, включая и того малыша, который, если верить врачам, еще только недели через две должен был появиться на свет и присоединиться к ним. Почему же в устах Пилар эти слова не значили для него так много, как те, что только что случайно сорвались с губ его капитана?
- Серхио? Что-то случилось? Ты что-то вспомнил? – Вывел его из транса взволнованный голос Икера.
Тот стоял совсем близко, положив крепкую уверенную руку ему на плечо, и все же когда младший отрицательно мотал головой, отнекиваясь и стараясь изобразить максимально беззаботную улыбку, ему казалось, что рука старшего протянулась к нему из какого-то неимоверного далека, преодолев дикое расстояние.

- Здорово тебе будет, когда родится твой малыш, - разглагольствовал потом старший, колдуя с подгузником Мартина, пока Серхио наблюдал за ним с безопасного расстояния, устроившись на той самой кушетке, где Икер провел эту ночь. – Мартин редко ведет себя так тихо, особенно с теми, к кому не привык. А тут пролежал у тебя на руках почти два часа и даже не пикнул.
На самом деле, пару раз Мартин порывался «пикнуть», но у Серхио всегда была эта способность – легко справляться с детьми, на каком-то интуитивном уровне понимая, как их успокоить.
Другое дело, что самому ему теперь было не успокоиться, пока его партнер возился со своим чадом, перемежая умелые действия таким воркованием, услышать которое из его уст младший никогда бы и не подумал. Но вместо того чтобы шокировать и вызвать раздражение, это дико его заводило, отчего младшему сначала пришлось изрядно повертеться на своем месте, стараясь сделать эрекцию наименее заметной, а когда скрыть столь очевидное восстание у себя в штанах уже не представлялось возможным, как бы он ни ловчился, - изо всех сил надеяться на то, что, сосредоточенный на малыше, его партнер не обратит на нее внимания.
Что, впрочем, и стало причиной того, что в итоге младший привлек это внимание сам. Не в силах терпеть эту пытку дальше, он поднялся со своего места, подошел к старшему со спины и тесно прижался к нему, притягивая за бедра и давая почувствовать себя сзади.
Упираясь обеими руками в пеленальный столик, Икер захлебнулся вздохом, двинувшись так, чтобы самому прижаться к нему сильнее. Однако последовавшие за этим слова шли вразрез с тем, как вело себя его тело.
- Серхио, что ты делаешь?! – Воскликнул старший, когда ему удалось справиться с дыханием. – Мы не можем… Нужно хотя бы дождаться, пока Мартин заснет. Я не могу…
Его противоречивое сопротивление лишь еще больше распалило младшего, и он потянулся к его шее, целуя ее, руками продолжая удерживать старшего за бедра, на этот раз уже откровенно толкаясь в его зад своим напрягшимся под тканью штанов членом.
- Бога ради, котенок, ты не представляешь, как мне тебя хочется! - Почти прорычал он, едва отрывая губы от его кожи.
Икеру показалось, что даже его дыхание стало горячим, не говоря уже о том жаре, который распространялся по его телу от давления его органа, чей напор ощущался даже через сдерживающую его плотную ткань. Все тело старшего стремилось соединиться с ним, и отталкивать Серхио было мучением, но Икер все равно собрал волю в кулак и еще раз попробовал вразумить своего партнера:
- Малыш, я очень тебя прошу, - снова заговорил он, пытаясь подавить предательские стоны, - подожди, пока Мартин заснет. Я ведь не могу делать это с тобой прямо на глазах у маленького ребенка. Клянусь, я буду твоим, я сделаю все, что ты скажешь, только, пожалуйста, потерпи!
Серхио услышал в его голосе неподдельное страдание и почувствовал, что отчасти его Сан-Икер уговаривает сам себя. Тогда ему стало совестно: его партнер был прав, и сейчас он действительно перегибал палку. Поэтому, оставив на его шее последний поцелуй, он отступил, отпуская бедра старшего и избавляя его от давления своего органа.
- Прости, - извинился он. – Просто я никогда не видел ничего более возбуждающего, чем ты, когда возишься с малышом. Я даже не знаю, как это объяснить... Просто…
Тут Серхио поймал себя на том, что его руки снова тянутся к бедрам капитана, а сам он готов шагнуть и опять прижаться к нему, и потому поспешил остановить себя и поскорее отойти подальше, на полуслове обрывая свое объяснение.
Икер же взял на руки успешно переодетого в свежий подгузник сына и повернулся к нему, изрядно покраснев, но зато снова приветливо улыбаясь.
- Ничего страшного, - ответил он и, опасаясь сказать, что ему было приятно слышать его слова, прошел к кушетке и сел рядом с Серхио, так что тому немедленно захотелось сгрести их с малышом в охапку и крепко обнять.

Только час спустя Мартин наконец поел, после чего Икер взялся было укачивать его на руках, но Серхио так понравилось возиться с малышом, что он выпросил того себе, и у него на руках он быстро заснул, снова заставляя своего папу восхититься поразительным влиянием, которое оказывал на детей его партнер.
- С ума сойти, Серхио! – приглушенным голосом говорил он, помогая младшему укладывать Мартина в кроватку. – Почему только тебя не было здесь этой ночью? Мы бы…
Но защитник не дал ему договорить, разворачивая старшего спиной к кроватке и всем своим весом наваливаясь на него, заставляя Икера одновременно и хвататься, и пытаться оттолкнуть себя.
- О да! – Громким шепотом заговорил он. – Почему только меня здесь не было?
- О, Боже! – После того, как чуть не упал в кроватку, Икер был вынужден держаться, обхватив его за плечи. – Что ты делаешь?! Мы разбудим Мартина…
- Не разбудим, - довольно улыбаясь тому, что заставил его обнять себя, ответил младший. – Если ты будешь вести себя тихо, твой малыш не проснется.
Хорошо, что в этот момент Серхио потянулся и поцеловал его, потому что иначе ему наверняка стало бы заметно его смятение: Икер был готов ненавидеть себя за это, но последние слова младшего возбудили его – так сильно и так быстро, словно в его теле произошел взрыв, в результате которого кровь мгновенно прилила ко всем его членам, заставляя лицо покраснеть, руки – вспотеть, а член – резко напрячься. Впрочем, последнее его партнер очень скоро почувствовал, когда сам теснее прижался к нему, чтобы дать оценить свое возбуждение.
Вопреки ожиданиям старшего, который одновременно ждал и опасался его комментария, Серхио ничего не сказал. Лишь отстранился, оставляя его язык и губы, нырнул вниз, и в следующий момент Икер почувствовал на себе его руки, справляющиеся с застежкой на поясе его джинсов.
- Серхио, что ты делаешь?! – Воскликнул он, но голос изменил ему, и вопрос получился скорее жалобным, чем строгим.
- Тише, котенок, тише, - отвечая, младший даже не взглянул на него, полностью сосредоточившись на своем занятии. – Ты обещал, что сделаешь все, что я скажу, и я говорю тебе: веди себя тихо.
И он поцеловал его член через ткань надетых на Икере трусов, заставляя старшего беспомощно застонать, не в силах разорваться между желанием и стыдом.
- Малыш, но Мартин… - предпринял капитан последнюю попытку, но тут его партнер стащил с него трусы, осторожно принимая в руку выскользнувший из них орган, и поцеловал его головку, после чего взял ее в рот, дразня языком нежную кожу на кончике.
Икеру осталось только закрыть глаза и крепче схватиться за стенку детской кроватки, мучительно деля свое внимание между упоительными ощущениями от его ласк и рвущимися из груди стонами, которые нужно было во что бы то ни стало сдержать.
- Серхио, пожалуйста… Серхио! – Зашептал он, приближаясь к вершине блаженства, всего несколько минут спустя, сам не понимая, просит ли младшего остановиться или умоляет продолжать и поскорее подарить себе разрядку.
Но тому самому хотелось освободиться от напряжения, которое он уже пытался обуздать рукой, и потому, еще немного поиграв с ним у себя во рту, Серхио заставил старшего кончить, поддержав за бедра, пока тот не излился полностью, обессиленно склоняясь над ним.

- Котенок, ты в порядке? – Тихо спросил младший, поднимаясь с пола и позволяя Икеру скользнуть себе на грудь.
Его партнер переводил дыхание и молчал, и лишь когда его руки нырнули у него под мышками и крепко вцепились Серхио в спину, тот скорее почувствовал, чем догадался, какой тот испытывает стыд.
- Здесь нечего стыдиться, - зашептал Серхио в его короткие, слегка влажные от пота волосы. – Это любовь, в ней нет ничего стыдного.
- В любви – нет, - ответил старший. – Но сейчас для нее не время, - и некоторое время помолчав, добавил: - И не место.
- Икер, - отстраняя его от себя, Серхио посмотрел своему капитану в лицо, - помнишь, ты сказал, что будешь моим и сделаешь все, что я скажу? – И когда тот с некоторой неохотой кивнул, продолжил: - Так вот: будь моим и перестань думать о стыде и о том, где и когда мы находимся. Я люблю тебя. Думай только об этом и о том, что любишь меня тоже.
Было видно, как он борется с собой, поэтому Серхио решил больше не давить на него интеллектом, а перейти к простым и понятным действиям. Наклонился и избавил старшего от спущенных ранее джинсов и трусов, после чего они вместе стянули с него футболку, и Икер уже сам потянулся и начал стаскивать футболку с младшего. Чему тот, понятное дело, был только рад помочь.
А когда они оба остались без одежды, подхватил старшего на руки, внутренне улыбаясь самому себе: в этот день он носил на руках обоих мужчин из семьи своего капитана. Перенес Икера через комнату и опустил на кушетку, ложась рядом, так что им пришлось прижаться друг к другу, чтобы младший не упал.
Икер все еще был не в своей тарелке, но все же согласился, когда Серхио попросил его пососать себя. Им пришлось снова подняться, и старший слез с кушетки и опустился на колени, становясь у защитника между ног. Он любил его член, и когда эта любовь приобретала форму оральных ласк, младшему до сих пор стоило большого труда контролировать себя, чтобы не кончить слишком быстро и не стонать слишком громко. Икера же это занятие неизменно отвлекало и, получая его орган, он, как казалось, забывал обо всем не свете, кроме него.
Вот и теперь Серхио пришлось его остановить: какой бы соблазнительной ни была перспектива разрядиться старшему в рот, куда больше ему хотелось кончить в него самого, ощущая вокруг себя давление его плоти.
Выпустив его изо рта, Икер послушно поднялся, и младший помог ему оседлать себя, раздвигая его ягодицы, пока тот направлял его орган внутрь. Без смазки проникновение по-прежнему давалось им с некоторым трудом, но сейчас, когда Икер оказался сверху, а член его партнера был смазан его слюной, все прошло довольно просто, уже скоро позволив старшему начать двигаться, обняв Серхио за плечи и целуя его.
Младший обожал, когда его капитан бывал сверху, и он мог гладить и рассматривать его, движущегося на нем, отчего по его телу волнами распространялось наслаждение. Икер же закрывал глаза, отдаваясь ритму своих движений, с особенной силой ощущая, как выскальзывает и вдвигается в него снова его орган. А когда его дыхание становилось особенно тяжелым, Серхио притягивал его к себе для поцелуя, словно желая поделиться с ним воздухом из своих легких. Заставляя старшего открыть глаза и посмотреть на себя взглядом, от которого по его коже бежали мурашки.
Так же случилось и в этот раз, и пока их языки танцевали между сомкнувшихся в поцелуе губ, движения Икера начали ускоряться, будто в погоне за блаженством. Тогда младший обхватил его член, помогая тому снова налиться и распрямиться между ними, так что скоро ему пришлось разорвать поцелуй, чтобы попросить своего партнера стонать потише. Икер только кивнул и наклонился к нему, утыкаясь лицом младшему в плечо. Его рука потянулась к его органу, и тогда Серхио выпустил его и, поддерживая таз партнера на руках, начал двигаться сам, ускоряя темп до тех пор, пока старший не кончил, проливаясь ему на живот.
Серхио дал ему передохнуть, после чего продолжил двигаться снова, и тогда Икер поднял голову и, оплетая его шею руками, приник к губам младшего, целуя его с такой отчаянной силой, что у того закружилась голова, и в этом головокружении он кончил, разрядившись внутрь своего партнера, поцелуем заглушившего его финальный стон.

Они сходили в душ, наскоро ополоснувшись под которым, вернулись в детскую и снова улеглись на кушетку, тесно переплетаясь друг с другом, отчасти от желания продлить ощущение пережитой только что близости, отчасти из-за узости самого спального места. У Серхио на языке вертелся сразу миллион нежностей и, лениво выдергивая из них некоторые, он шептал их в волосы Икеру, который то крепче прижимался к нему, то тихо смеялся в ответ.
За окнами день вошел в свою силу, и вовсю припекало солнце, но старший задернул шторы, лишь кое-где оставив между ними проемы, через которые в комнату проникали золотистые лучи. Сквозь открытые для проветривания створки приглушенно доносилась игравшая у кого-то по соседству музыка, и порой, шелестя шинами, по дороге мимо дома проезжали машины. Пока они нянчились с Мартином и любили друг друга, район проснулся и наполнился движением и звуками.

Они уже почти задремали, когда в кроватке послышалась возня, и Мартин захныкал, отчего-то проснувшись, хотя сам еще не выспался. Выскользнув из обнимавших его рук, Икер поднялся с кушетки, подошел к кроватке и, вытащив оттуда малыша, начал его укачивать.
- Почему ты не назвал его Серхио? – Спросил его младший, поворачиваясь на бок и поднимая голову, опираясь на локоть.
- Потому что имя Мартину давал не я один, а мы с Сарой, - ответил Икер, переводя на него взгляд с личика малыша.
- И чем же ей не нравится мое имя? – Серхио не удалось подавить в своем тоне уязвление, что вызвало у его собеседника легкую улыбку.
- Ей не нравится не твое имя, а сама идея называть детей в честь знакомых, - объяснил он. – Сара говорит, что не хочет смотреть на своего ребенка и думать о Рамосе.
«Конечно, не хочет», - подумал Серхио. Скоро уже два года, как между ними с Икером продолжалась эта связь, и пусть у них хватало возможностей встречаться и проводить время так, чтобы это не вызывало серьезных подозрений, Сара вряд ли могла быть настолько слепа, чтобы ничего не заметить. Вот и это охлаждение теперь, когда у них с Икером родился ребенок, тоже говорило о том, что на самом деле она что-то знала.
Пока он думал об этом, старший подошел к кушетке и, продолжая качать на руках Мартина, встал рядом с ним, такой прекрасный в своей наготе, особенно с маленьким человечком на руках, что руки Серхио сами потянулись к нему. Перехватив одну из них и переплетая пальцы младшего со своими, Икер наклонился, чтобы поцеловать его, но в этот момент в комнате раздалась мелодия телефонного звонка.

Старший не отскочил от него, не отдернул руку, но, взглянув на его лицо, Серхио увидел, как оно изменилось. И отчего-то вспомнил, как в мадридском метро, где он уже сто лет не бывал, двери вагона закрывались, отделяя тех, кто находился внутри, от тех, кто оставался на станции. Вот и теперь он тоже остался на станции, в то время как его Сан-Икер, прекрасно видимый, но уже недосягаемый, набирая скорость, уплывал в тоннель.
- Да, дорогая, - начал тем временем разговор старший, неловко выудив из кармана брошенных на полу джинсов телефон. – Да, все в порядке. Нет, не разбудила: он только что проснулся сам. Конечно. Ну а как же? – В этом месте он засмеялся, но Серхио почувствовал, что он лишь старается звучать естественно. – Хорошо, конечно. Пока!
Отбившись, Икер положил телефон обратно на джинсы и посмотрел на него. Младший боялся, что сейчас он попросит его уйти, попутно вылив на его массу неловких извинений, но вместо этого его партнер подошел и сел рядом с ним.
- Обними меня, малыш, - попросил он, постаравшись проговорить это как можно быстрее.
Тот сделал так, как он просил, обнимая Икера и притягивая его вместе с малышом к себе. Как будто они нуждались в защите, и он пытался их защитить, хотя от кого и главное – как, не знали они оба.
sleepy
Current Mood: sleepy
Security всем-всем-всем
 
 
 
sky_lipsticksky_lipstick on July 19th, 2014 06:24 pm (UTC)
Это было сексуально.Почти семейная идилия, если бы не мир от которого им нужно прятаться.Очень понравилось,единственное, Икер здесь мне показался такой мамой-наседкой, я не думаю,что он такой)
bubuzuke woman: serikerellemariachi on July 20th, 2014 04:36 am (UTC)
единственное, Икер здесь мне показался такой мамой-наседкой, я не думаю,что он такой)
полагаю, я просто опустила все моменты, когда он гонял Серегу, как мышь по амбару, и разговаривал с ним об играх и тренировках, пока Мартин никак не хотел предоставить им время друг для друга. нам ведь неинтересны их мужские разговоры, правда? )))

ну и после фото с соской - Касечка наседка и есть )))

и да, если подумать, то здесь во многом - попытка осмыслить тот факт, что Касечка дико заводит испанских гей-мачо именно как дохлая селедка и молодой папочка, который не выпускает детеху из рук.

Edited at 2014-07-20 05:58 am (UTC)
sky_lipsticksky_lipstick on July 21st, 2014 02:02 pm (UTC)
кто-то мне говорил,что для геев сейчас прямо проблема найти брутального активного партнера-все такие изнеженные пошли. А вот у испанских геев, я смотрю, все по другому, их наседка-Кася привлекает))
bubuzuke woman: manellemariachi on July 21st, 2014 08:02 pm (UTC)
Ну тот факт, что кого-то там привлекает наседка-Кася, еще ничего не значит. Только на основе сексуальных фантазий нельзя судить о том, как ведут себя испытывающие их люди. Но в целом должна сказать, что этот взгляд и мне самой понятен: если так можно выразиться, мне Икер Касильяс нравится в первую очередь как женщина. И далеко не он один.